Destiny Wiki
Advertisement
Destiny Wiki
1647
страниц
Эрамис

1. Заключенная[]

В глубине Тюрьмы старейшин Эрамис - Келл-без-Дома.

Снаружи она - проповедница Дома Дьяволов, демон из Сумеречной Бреши, Похитительница кораблей.

Но здесь у нее дома нет. Здесь она - одинокая королева.

На арене, где ей бросают вызов щенки-эликсни и оставшиеся без лидеров Кабал, она правит единолично, и сломанное электрокопье - ее монарший жезл. Это самое мощное оружие, которым ей дозволено владеть, и она подчинила его своей воле.

Раздобревшие на эфире стражники много раз отправляли ее на смерть на этой арене, но она каждый раз выходила из боя победительницей. Она убивает их воителей; наблюдает, как эфир с шипением выходит из-под их масок. Смотрит, как из их костюмов вытекает гель. Ей уже нравится аромат хорошей драки. Кровь. Пот. Эфир. Страх.

Она мечтает о том дне, когда знамени вышьют сломанное копье и перевернутую корону.

Дом Анархии. Дом Бунта. Дом Эрамис.

Дом пустоты.

Если келл только один, в домах нет необходимости.

Сегодня она сражается с центурионом разгромленного Красного Легиона. Деньги переходят из рук в руки. Его наплечники, побывавшие не в одном бою, покрыты царапинами и вмятинами. Ему выдают боевой молот. Он поднимает его, приветствуя улюлюкающую толпу.

Эрамис ждет, перебрасывая из руки в руку свое сломанное копье. Центурион поворачивается, и его пронзительные, сверкающие глаза фокусируются на ней.

Он замахивается молотом, но она делает кувырок, уходя от удара. Он размахивается снова, но она уже позади, и он ее не видит. Он пытается найти ее, словно муху, которая села ему на спину. Она вонзает сверкающий наконечник электрического копья в щель между частями его доспехов. Вцепившись в обломок древка, она запрыгивает на плечо центуриона.

Он кипит от злости, словно зверь ниирсай, но это тупая ярость. Ему почти удается сбросить ее с себя. Она пытается вытащить копье, но удар огромной руки на миг оглушает ее. Копье удается высвободить в самый последний момент, и она хватается за наконечник. Электричество кусает за ладонь, пока она просовывает наконечник под край шлема и вонзает его в шею врага.

Центурион кричит.

Пока он падает, она спрыгивает на землю. Зрители не радуются ее успеху, а только перешептываются. Всегда.

Ни одна тюрьма не удержит Эрамис-келл, говорят они. Она опаснее, чем сами Дьяволы.

Эрамис-келл не знает поражений.


2. Волк[]

В соседней клетке сидит "волк".

Поначалу она его игнорирует. Он слишком жаждет ее внимания. Иногда он напоминает ей надоедливых дрегов, которые следовали за ее прежним келлом, словно стервятники, каркали, привлекая внимание, и дрались над трупами убитых им врагов.

Эликсни потеряли многое, но хуже всего то, что они утратили чувство собственного достоинства.

Постепенно "волк" учится привлекать к себе ее внимание. Он зовет себя Праксисом, и у него есть интересные мысли. Но он молод, и каждую свою идею считает первой и лучшей в своем роде. Она подозревает, что он никогда не подчинялся напрямую келлу.

Ему нравится говорить о машинах - о том, как создавать их и подчинять их своей воле. У него есть безумная идея - захватить Великую машину, связать ее электрическим проводом и заставить ее отдать им заключенную в ней силу. Он наслушался истории про Гоула.

Она не мешает ему говорить и задает ему вопросы. Каждый вопрос - это точильный камень. Каждый разговор - испытание, и одного провала достаточно, чтобы она потеряла интерес.

"Великая машина подарила эликсни величие, - говорит она. - А потом она нас покинула, и тогда мы стали слабее, чем были раньше. Зачем ты снова стремишься к ней?"

"Чтобы вернуть нам эту силу", - отвечает он. Его голос приглушен стеной, разделяющей их, но в нем прекрасно слышна гордость.

"Как можно построить силу на фундаменте из слабости?" - спрашивает она. Каждое слово - игла. Откровения, скрытые в каждом из них, должны жалить его.

Он хранит молчание.

Она запрокидывает голову и смотри на темный потолок камеры. "Зависимость - самая главная слабость. Помни об этом. Ты играешь с детскими шариками".

Он очень долго молчит, и она уже начинает думать, что зря потратила на него время. Но вдруг от отвечает: "Я создам новые шарики".

Она закрывает глаза и улыбается.


3. Предатель[]

В день побега Эрамис залечивает проникающее ранение.

Рана не смертельная - по крайне мере, Эрамис ее таковой не считает. На арене она победила надменного капитана, но он успел воткнуть меч ей в бок. Клинок прорезал ее одеяние "Дьвола" и оставил на нем пятно крови, которое напоминает ей цветы на озерах Рииса. Атрис их обожала.

Когда к ее камере подошел Варикс, она дремала.

"Эрамис".

Она открывает глаза и сразу прищуривается. Не обращая внимания на рану, она встает - слишком быстро, и от этого у нее кружится голова - а затем направляется к двери.

"Предатель", - говорит она вместо приветствия.

Варикс вздрагивает, качает головой, опускает взгляд. Их разделяет дверь, но она все равно видит его страх. Это придает ей сил.

"Изменения грядет", - тихо говорит он на языке эликсни, бросает взгляд через плечо и настороженно оглядывается. Затем он внезапно переходит на грубый общий язык Стражей.

"Изменение Варикс сделает, да? Изменение Варикс возглавит. Но Вариксу тоже понадобится лидер..."

Эрамис смеется. "Ты хочешь сделать меня своим келлом Заключенных?"

"Нет, - отвечает Варикс и содрогается. - Варикс хочет..."

"Меня не интересует то, чего хочешь ты, Варикс "Верный", - отвечает она. Некоторые эликсни меняются, попадая в тень тюремной решетки. Они гибнут. Они уменьшаются. Но Эрамис выросла. Она должна показать Вариксу, что, несмотря на разделяющую их сталь, он все равно меньше ее. Он просто дрег, притворяющийся вандалом. - Если есть в мире справедливость, то однажды я отрублю тебе две оставшиеся руки и брошу тебя подыхать".

Взгляд Варикса становится суровым. Повисает напряженная тишина. Затем холодным, словно эфир, голосом он отвечает: "Не говори, что Варикс не пытался помочь".

Он уходит, и Эрамис снова садится на пол камеры.

В тот же день в ее камере звучит сигнал тревоги. Тюремщик транслирует сообщение, записанное голосом Варикса. Двери ее камеры открываются, и она видит, как обезумевшие эликсни и Кабал, жаждущие свободы, бегут на выход.


4. Провидец[]

В первые месяцы после освобождения Эрамис проклинает Мизраакса Отвергнутого.

Он - претендент, мечтающий стать келлом, плененный предатель, четырехрукий дрег, дрожащий от страха перед лже-королевой, играющий свою роль среди врагов эликсни.

И, что хуже всего, унизительнее всего - он победил Эрамис.

Ей не удалось добыть оружие SIVA, не удалось посрамить Стражей, не удалось разжечь огонь в Дьяволах. Мысли об этих неудачах не дают ей покоя.

Она сидит на мостике угнанного "кетча", выпрямившись, и смотрит в одну точку - в далекое прошлое, куда уже не вернуться.

Атракс, младшая из ее советников, следит за ней издали. Затем подходит ближе.

"Мой келл", - зовет она. Голос у нее как у ребенка.

Эрамис молчит чуть дольше, чем нужно, и наконец отвечает: "Ты слишком молода и не помнишь старый дом. Не помнишь, какими Дьяволы были раньше".

Атракс наклоняет голову в знак уважения.

"Эта неубача тебя не задевает", - ожесточенно бросает ей Эрамис.

Атракс продолжает стоять, опустив голову, но затем все-таки поднимает ее. Ее глаза пытливо вглядываются в Эрамис. "Я слишком молода, чтобы помнить это, - соглашается она. - Но я все вижу. Я вижу, кем станут Дьяволы".

Эрамис открывает рот, чтобы поставить Атракс на место, но вдруг замирает.

В ее сознании словно открылась какая-то дверь.

Она встает, расправляясь во весь свой немалый рост, и вытягивает вторую пару рук.

"Нет, - отвечает она. Ясность обрушилась на нее, словно дождь на Риисе. - Дьяволы - ничто".

Она выходит из комнаты - целеустремленно, в ней словно снова вспыхнул былой огонь. "Дьяволы мертвы".

Дом Анархии. Дом Погибели.

Дом Эрамис.

"Мы должны стать чем-то новым".


5. Кошмар[]

Пока Эрамис разрушает старые связи Дома Дьяволов, ей не дают покоя сны. В одном их них она заново проживает Сумеречную Брешь.

Она бросается вперед, вонзает меч в живот Стража-солдата и рычит, пока он с воплем валится на землю. Еще один Страж бежит прямо на нее, и она не успевает вытащить застрявший меч. Но за спиной вдруг раздается выстрел из шоковой винтовки. Эрамис резко уклоняется вправо, и разряд попадает в стоящего перед ней Стража.

Она оборачивается и видит Кридис; та окружена лиловым сиянием Пустоты. Прислужник защищает ее. Кридис кивает Эрамис и поворачивается, чтобы открыть огонь по еще одной группе Стражей.

Эрамис выдергивает меч из трупа и идет вперед. До Города рукой подать. Вокруг нее падают убитые Стражи.

Цель так близка.

Сзади доносится звук быстрых, тяжелых шагов. Филакс, яростная и кровожадная, кричит что-то Эрамис, бросаясь на высоченного широкоплечего Стража. Эрамис отпрыгивает в сторону. Когда Филакс бьем Стража по голове, Эрамис наносит зверю удар в бок мечом. Он теряет равновесие, и она бьет его ногой в бедро, толкая в сторону Филакс.

В те времена Филакс почти всегда сражалась без оружия. Она сворачивает ему шею.

Эрамис пробивается дальше.

Цель так близка...

Справа от нее раздается яростный смех, а затем она слышит грохот обжигающей пушки. Таникс, превратившийся в расплывчатое облако из жужжащих механизмов, взрывает все вокруг, смешивая землю, мясо, кровь... При этом он без умолку смеется.

Цель так близка.

Но вдруг... перед ней возникает ослепительная золотая вспышка. Она видит, как вокруг нее эликсни вспыхивают и превращаются в пепел. Чья-то пушка стреляет снова и снова. От жертв не остается ничего, кроме лужиц яркого света. Страж с оружием в руках похож на крошечное солнце.

Еще один выстрел. Прислужник Кридис. Еще один - сама Кридис. Эрамис помнит поражения, но такого у нее еще не было. Она не помнит, чтобы Филакс превращалась в горстку пепла, которую уносит ветер. Она не помнит выстрел, который бьет ее прямо в грудь, не помнит обжигающий огонь, который вспыхивает в ее конечностях, не помнит свой собственный вопль... Она резко просыпается, задыхаясь.


6. Вестник[]

Сон не отпускает ее. В нем - старые, но искаженные воспоминания: бой в Тюрьме старейшин, в котором Страж победил ее с помощью своего Света; Атрис, которая колотит по стенам своей капсулы для сна и зовет Великую машину.

Она не может уснуть. Что-то во сне призывает ее отправиться на спутник Земли, и она откликается на этот зов.

На Луне она сражается с воняющими дохлятиной воинами Улья, уничтожая их словно мух. Их смрад невыносим - хуже, чем зловонные горы трупов в тюрьме, хуже, чем вонь на поле боя в Сумеречной Бреши. Улей жрет смерть, дышать смертью, и этот запах липнет к ней. Она ненавидит его за это и косит словно траву.

Рацарь крадется за ней в глубине катакомб, держится на безопасном расстоянии, идет за ней шаг в шаг. она позволяет ему нанести первый удар, а затем раскалывает его экзоскелет мечом. Волнение, которое она испытывает в бою, радость, накатывающая на нее, когда рыцарь издает предсмертный вопль - все это почти успокаивает ее, позволяет ненадолго забыть о тревожных снах.

Окрашенная кровью Улья, она идет вперед, а когда наконец добирается до корабля, знакомое зрелище заставляет ее застыть на месте.

Этот флот она помнит.

Она помнит, что эти корабли словно черные стрелы пронзали небо. Она помнит место, где была Великая машина, и пустоту там, где она перестала быть.

Все это было уроком о вреде зависимости, и на то, чтобы его усвоить ушло много лет.

На этот раз черная стрела говорит с ней. Она знает, что это не язык эликсни. Это не один из корявых языков Земли и не певучее наречие Рифа. Это что-то другое: шепот. Но почему-то она очень четко слышит и понимает его.

Прекрати ждать, говорит он.

Никто за тобой не придет.

Ты сама спасешь себя.

Она чувствует что-то во всех четырех руках - покалывание, жжение. Оно напоминает ей о сломанном электрокопье. Она снова и снова сжимает и разжимает кулаки, глядя на гладкую поверхность корабля. В нем есть сила. Сила, которую можно обрести.

Но не сейчас.

Сон наяву настигает ее внезапно, словно удар молнии. Она летит прочь. Тусклая серая пыль Луны исчезает, и она оказывается на белой заснеженной равнине. Она ослеплена, она задыхается.

Затем она возвращается на Луну - и шепот стихает.

Теперь она знает, куда идти.


7. Книжник[]

Эрамис и Варикс стоят в тени строящегося города. Ее последователи привезли сюда все, что нашли в убежищах эликсни, разбросанных по всей системе, чтобы создать нечто новое на руинах заброшенного комплекса времен Золотого века. Это мышцы эликсни на костях человечества посреди обледенелой тундры Европы.

Она наблюдает за Вариксом. В его взгляде читается что-то знакомое - благоговейный страх, который она видела очень давно.

"Это будет новый Риис, - говорит она, глядя на строительные леса перед ними. - Новый дом для нашего народа. Мы больше ни от кого не убегаем. Мы больше не живем в глуши".

Варикс наконец отводит глаза от города и на мгновение встречается взглядом с Эрамис. "А как же Дьяволы?" - спрашивает она на языке эликсни. Это становится для нее сюрпризом.

"Старые имена, - отмахивается она. - Пусть старые имена и традиции останутся в прошлом".

Как она и предполагала, благоговение у Варикса уступает практичности. Он оценивающе оглядывает стройку. "А почему ты выбрала именно это место, именно эту ледянную луну?"

"Я увидела ее во сне".

Она чувствует, что он настроен скептически. На самом деле, она ни в чем его не винит - после побега из тюрьмы он прятался в каком-то забытом уголке системы, опасаясь правосудия. Подарив своему народу свободу, Варикс воздвиг темницу для себя самого. Он не видит ничего, что находится за пределами его предполагаемой сферы компетенции.

"А зачем ты вызвала меня? - спрашивает он. В его голосе звучат стальные нотки. - После всего, что произошло, Эрамис... мы - не союзники".

"Старые традиции, - повторяет она. - Мы должны забыть все, что разделяет нас - ссоры, интриги домов... Я хочу начать с чистого листа. Если мы этого не сделаем, эликсни не выживут".

Она снова смотрит на леса. "Варикс, это будет новый мир. Новые идеи. Новые истории. Нас запомнят как что-то новое".

Варикс следит за ее взглядом. Его голос смягчается. "Но почему я?"

Эрамис смотрит прямо на него. Она чувствует, что он все еще боится ее: он горбится и отворачивается, словно опасается, что взгляд глаза в глаза может причинить ему боль.

"Вновом мире мне понадобится книжник", - отвечает она.


8. Совет[]

"Друг мой..."

По голосу Филакс слышно, что она ухмыляется. Она стискивает руку Эрамис и прижимает соратницу к своей груди. За Филакс стоит Кридис - высокая и бесплотная. Они точно такие, какими Эрамис их запомнила. "Я всегда говорила: ни одна тюрьма ее не удержит", - усмехается Филакс.

Эрамис смеется - легко и непринужденно. Словно ничего не изменилось. Она вернулась во времена Дома Дьяволов. В те дни, когда она выполняла задания в самых темных и мрачный уголках Космодрома, в полном одиночестве, если не считать этих двух. Они уничтожали воинов других домов, жгли поселения людей, мечтали, что когда-нибудь бросят вызов своему келлу и отнимут у него власть.

Но Кридис смотрит не на Эрамис, а куда-то ей за спину. Вскоре Филакс тоже переводит свой взгляд туда же. Она прищуривается. Вдруг она бросается вперед, мимо Эрамис, и хватает Варикса за горло.

"Дрег-предатель, - шипит Филакс и сплевывает. - Мелкая дрожащая..."

Варикс бьется, словно зверь, попавший в ловушку. "Филакс..." - выдыхает он.

Праксис и Атракс стоят в сторонке, ожидая своей очереди приветствовать ветеранов старого дома. Происходящее их не тревожит, а Праксиса, похоже, даже радует. Они не вмешиваются.

Филакс сжимает руку.

"Отпусти его", - велит ей Эрамис.

Филакс бросает взгляд на Эрамис, а затем отпускает Варикса. Она молчит, но Эрамис чувствует ее неодобрение. Кридис тоже насторожена. Ими овладевают сомнения...

"Он преступник, это ясно, - отмахивается Эрамис. На Варикса она не смотрит, но слышит его хриплое дыхание, слышит, как он спешит убраться подальше от Филакс. - Но он - все что осталось от Дома Правосудия".

"Ты никогда особо не любила книжников", - с сомнением замечает Кридис. Эрамис наклоняет голову. "Верно. Но книжник, к которому прислушиваются эликсни с Рифа..."

Филакс понимающе бурчит, но, похоже, слова Эрамис ее не убедили. Она возвращается к Кридис. А вот та, кажется, довольна. "Очень умно", - говорит она.

Стремясь избежать дальнейших расспросов, Эрамис меняет тему. "Но мы здесь не для того, чтобы заниматься политикой. - Одной из дополнительных рук она манит их. - Пойдемте, я покажу вам то, что мы построили".


9. Келл Тьмы[]

Когда обсидиановый корабль приближается к Европе, Эрамис уже готова. С нею весь ее совет - Варикс, Филакс, Кридис, Праксис и Атракс. Затаив дыхание, она ждет его прибытия.

Снова слышен странный шепот. На этот раз он говорит...

Не жди, когда тебя выберут. Выбери сама.

Выбери спасение.

В этот миг, когда она держит в руках холодную древнюю силу, рождается Дом Спасения.


10. Воительница[]

Я - Филакс, бывшая воительница Дома Дьяволов, Риис-рожденная. Обращаюсь ко всем эликсни, все еще скитающимися по вселенной. Слушайте внимательно. Повторять не буду.

Смерть Дому Дьявола! В пепел Риис-дом! Все это бесполезно! Я отбрасываю их и клянусь посвятить свою жизнь городу Риис-возрожденных, Эрамис и ее Дому Спасения!

Я сражалась во многих битвах и не видела ни одного воина, который был бы сильнее воли-клинка Эрамис-келла. Вместе мы осаждали город землян, сжимая оружие в каждой из рук! Вместе мы проливали жизненную силу по всей Солнечной системе. Ни один "кетч" не мог укрыться от Эрамис! Ни одна смерть не могла завладеть ею! Даже когда жалкие уроженцы Рифа заковали ее в цепи, она просто стала сильнее - так телом, так и разумом.

Челчис, Сколас, Аксис - возродите их всех и посмотрите, как она обратит их в дрегов. Она получила силы, о которых они и не мечтали. Такие, о которых наш народ даже не слыхивал.

И она даст их всем, кто сплотится под ее знаменами! Уже сейчас, когда я стала ее помощницей, мы делим с ней все это. Мы вместе, ив наших телах гудит одна и та же ледяная энергия.

Энергия, которая стащит Великую машину с неба и укрепит ее стальной шкурой наш новый город! Энергия, которая изгонить жалких тварей из системы и накормит наших детей добычей!

Энергия, которая будет править еще тысячу поколений.

Все вы, услышьте меня: Я Филакс, Воительница Тьмы! Слава Риис-возрожденным! Да здравствует келл Тьмы! Слава Дому Спасения!


11. Технократ[]

Это технократ Праксис, я говорю из города Риис-возрожденных. Нас становится все больше, но ясно, что еще многие эликсни не приняли приглашение келла сыграть сою роль в развитии нашего народа.

Я не предполагал, что мне придется прибегнуть к этому доводу... Нет, неправда. Я ожидал столкнуться с определенным уровнем трусости, упрямства, глупости - называйте это, как хотите - но только поначалу, пока у нас еще не было доказательств нашей правоты.

Но на этом этапе, когда Эрамис одерживает победу там, где остальные потерпели поражение... Мне было бы сложно поверить, если бы я сам не видел, сколько еще места в нашей заполненной наполовину столице. Если бы не слышал, как слабаки из Дома Света распространяют слухи, пытаясь посеять семена сомнения.

Но даже сейчас - издалека, с этого спутника - я могу подключиться к твоей системе связи, Мизраакс. Пусть кто-то называет тебя Отвергнутым, но я нарекаю тебя Глупцом. Ты по-прежнему цепляешься за эту устаревшую ерунду размером с луну. Неужели ты забыл то, чему мы учим наших детей? "Кетч", нагруженный лишним хламом, никогда не взлетит.

А те из вас, кто последовали его примеру, кто поверил, что можно жить в мире с нашими врагами... Разве вас убедят слова ученого, если вы не верите собственным глазам? Могу лишь призвать вас как следует подумать. Какие доказательства своей верности вам привели ваши так называемые "союзники"? Они готовы делиться с вами всем в равной мере? Какую пользу - реальную пользу - они вам принесли?

Если вы ответите "Пока никакую", или "Я не знаю", то я восхищаюсь вашим терпением. Лично мне, моему келлу и всему Дому Спасения кажется, что прошло слишком много времени, и что мы потерпели слишком много поражений, чтобы вкладываться в стол сомнительный эксперемент.

Эликсни! Если вы не измените свои взгляды, то так и будете прозябать на задворках вселенной. Либо присоединяйтесь к нам и вместе с нами идите по пути прогресса...

...либо вас просто сметут вместе с прочей рухлядью.


12. Жрица[]

Эликсни! Кридис - от имени келла Тьмы - взывает к вам через бездну! Прямо сейчас бывшая Похитительница кораблей воплощает в жизнь заветы нашего народа. Скоро мы достигнем подлинного величия, сплотимся под одним знаменем, вокруг одного келла. Не будет никаких богов, кроме нас самих.

Кто устоял под ударами Вихря? Кто восстановил "кетчи" и арсеналы из обломков? Кто многие годы бороздил просторы, перебивался редкими каплями эфира и вел бесконечную войну? Като выжил?

Мы! А не так называемая "Великая машина" - и не идолы, которые мы создали по ее подобию! Эликсни выжили!

Так зачем же мы мечтаем о свете, который светит не нам? Зачем мы преклоняемся перед прислужниками, которых сами создали?

Потому что мы боимся. Ведь сколько бы мы ни страдали, сколько бы ни странствовали, мы по-прежнему верим, что нам уготовано высшее существование, что мы должны эволюционировать. О, если бы только Вихрь не помешал нашему народу достичь богоподобия!

Когда-то в это верила и я. Я скорбела о смерти нашего общего потенциала во время ритуалов и церемоний. Я чувствовала, как отчаяние, словно кислота, жжет мое тело, когда получала поддержку от нашего Верховного Прислужника. Я вспоминала тот день, когда подняла заплаканные глаза к небу и увидела, что спасения в нем нет.

Я была слепа.

Но Эрамис удалила Свет из моих глаз, и теперь я все вижу ясно.

Поэтому я призываю вас, дети Рииса: придите и прозрейте! Убедитесь в том, как велик Дом Спасения и келл, что его возглавляет. Радуйтесь, ибо она, подчинив наших Прислужников, теперь подчинит и Великую машину!

Свет теперь нам не нужен. Мы долго странствовали во тьме, пришло время принять ее!


13. Непредсказуемая[]

Я Непредсказуемая Атракс, и мой келл поручила мне поговорить с молодыми эликсни. С теми, кто, как и я, всю жизнь провел в странствиях. С теми, кто не помнит Риис, и только слышал от старших сказки о великолепных городах под сияющим зеленым небом. И те же самые старейшины жалуются на то, что в нашей жизни нет настоящего мира, что его можно обрести только в тени Великой машины.

Лично я очень этому рада! Я благодарна Вихрю за то, что он перерезал все узы до того, как я в них запуталась! Нам говорили, что это был день разрушений, но что если на самом деле в тот день мы спаслись? Нас называют невезучими, потому что мы родились во тьме дальнего космоса – зато мы родились свободными! Нам говорят, что без Света мы не можем по-настоящему видеть, но когда мы впервые открыли глаза, ничто не заслоняло от нас просторов вселенной.Так почему мы позволяем вести нас тем, кого ослепила ностальгия? Зачем воплощаем их мертвые мечты? Они отвернулись от будущего! Ну и ладно! Нам же будет легче сокрушить их и закончить чистку, которая началась давным-давно.

Тогда вы сможете присоединиться к нам в городе Риис-возрожденных.


14. Покрытый шрамами[]

Ха! Ну что, значит, келл Зимы просит помощи у Таникса Шрама. Какие церемонии! А ведь еще совсем недавно ты называл меня эгоистичным подонком и плевал на мою броню, на которой не нарисовано ни одного знамени. Тогда я мог бы вырвать тебе все руки - да еще и ноги для ровного счета.

Но я знал, что однажды ты будешь умолять меня о помощи. К счастью для тебя, я ведь такой вульгарный наемник! Тебе повезло, что для меня плата важнее гордости. Но заплатишь ты не только блеском, но еще боем и кровью. Ни один келл, ни один дом не сумел утолить мою жажду. Ничто из того, что я делал.

Хотя... во время побега из Тюрьмы старейшин почти получилось.

Но ради Аксора? Ты просишь меня выбрать не великих воинов, в этого бессильного архонта? Думаешь, он будет служить тебе лучше, чем Пикис Отверженный? Чем Пирсис Погибель Паллады? Чем Калзар, чем Дректас?

Ты готов выбрать Аксора вместо Похитительницы кораблей?! Вместо Эрамис, которая повела за собой воинов во время Последней попытки? Вместо осмелившейся броситься на носителей Света? Она двигалась так стремительно, что мне казалось, будто у нее восемь рук. Когда твои жалкие "зимники" наконец решились последовать за ней, им пришлось идти через море крови, которое она оставляла за собой.

И ты еще удивляешься, почему я не хочу присягать на верность твоему дому. Ты мог бы захватить всю систему, но вместо этого цепляешься за какие-то сомнительные обычаи. Аксор принадлежит Дому Зимы, а Эрамис - нет.

Плата вдвое больше обычной - за то, что я буду держать себя в руках. Мне понадобится вся моя сдержанность, чтобы вместо самых яростных воинов эликсни освободить какого-то Аксора.

Advertisement